Категории каталога

Форма входа

Приветствую Вас Гость!

Поиск

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 49

Статистика

Главная » Статьи » Выпуск №3. - 2009 (Март) » Проза

Орехов А. М. (Москва) Право быть иным: по ту сторону современной российской фантастики
ПРАВО БЫТЬ ИНЫМ: ПО ТУ СТОРОНУ

СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ ФАНТАСТИКИ

 

 

            Современная российская фантастика сформировалось в постсоветское время и в значительном своем аспекте она является «отрицанием» советской фантастики с ее «социальной», «научной» и «философской» направленностью, широким использованием жанра утопии и т.п.. В отличие от нее, современная российская фантастика развивается по двум основным направлениям (жанрам): 1) «фэнтэзи» - сказочная фантастика; 2) остросюжетная «боевая» фантастика (шпионская, военная, славянская и т.п.). Кто же делает здесь выбор: издательства, авторы или потребители (читатели)? Вероятнее всего, ответственность за такой выбор несут все вышеуказанные лица, но если потребители делают это стихийно, то авторы и издательства скорее осознанно. В своем жанровом подходе постсоветская фантастика не менее тоталитарна, чем была тоталитарна советская фантастика, но если пробелы последней могли быть восполнены искусным редактированием и уменьшением формата фантастического произведения, то теперь, когда нет такого редактирования, а формат произведения зачастую искусственно «раздувается» (например, из одной книги делается сериал, из малого сериала - большой сериал и т.п.), то можно заключить: общий художественный уровень российской фантастической прозы в отношении художественного уровня современной российской прозы значительно понизился по сравнению с советскими временами.

            Помимо констатации двухжанрового доминирования, постсоветской фантастике можно приписать еще две значимые характеристики - люмпенизацию и ювенилизацию, которые, в свою очередь, породили и существование двух основных волн в ней - «люмпен-волны» и «ювенил-волны».

Под «люмпенизацией» мы понимаем ориентацию автора на культ силы, упрощение сюжета вплоть до самых примитивных ходов, связанных с насилием одних героев над другими, и, наконец, пропаганду низменных и корыстных ценностей и инстинктов, - в лице своих главных героев-суперменов. «Люмпен-волну» также отличает полное отсутствие каких-либо нравственных и идейных исканий, - как у героев, так и самих авторов, а ко всему прочему - антиинтеллектуальный и антиинтеллигентский пафос произведений, активная апелляция к псевдонаучным культам, убогий характер русского языка (а порой и его откровенное незнание), широкое использование просторечия (иногда и в форме полуцензурных и нецензурных выражений).

            Кто же представляет «люмпен-волну» в современной российской фантастике?

Число авторов здесь достаточно велико, но среди самых известных следует отметить таких фантастов, как А.Бушков, Ю.Петухов, Ю.Никитин, В.Головачев, Р.Злотников и некоторых других. «Люмпен-волна» является, пожалуй, самым ярким и бросающимся в глаза символом глобального понижения культурного уровня российской фантастики, - причем как самих авторов-фантастов, так и потребителей («читателями» их назвать трудно), демонстрирующих массовый спрос на подобного рода низкопробную и низкоквалифицированную книжную продукцию.

«Ювенилизация» - это сознательная ориентация на снижение «взрослости» и «серьезности» фантастики, устремление на превращение жанра фантастики в «подростковый», развлекательный жанр. Но, в отличие от высококачественной детской и юношеской литературы, произведения «ювенил-волны» не воспитывают соответствующие поколения, а лишь «подыгрывают», «потакают» их еще незрелым, а порой и извращенным вкусам. Точно так же, как и «люмпен-волну», «ювенил-волну» отличает низкое качество языка, примитивность сюжетов и сюжетных ходов, иногда - широкое применение подросткового жаргона.

            Самым очевидным представителем «ювенил-волны» в современной российской фантастике, конечно, следует считать Николая Перумова с его целым набором фэнтэзи-сериалов. Все эти сериалы однозначно построены в духе «ювенил-волны», но парадокс, вероятно, заключается в том, что Перумову лучше всего удалась его первая вещь - продолжение «Властелина колец», а все остальные либо совсем не производят никакого впечатления (например, «Хроники Хьёрварда»), либо выглядят чуть-чуть повыше среднего «ювенильного» уровня (сериал о Фессе-Неясыти: «Рождение мага», «Странствия мага» и т.п.). Вероятно, одно из заблуждений Н.Перумова заключается в том, что он принял фэнтэзи за жанр развлекательный, в котором все проблемы качества сериала можно решить лишь остросюжетностью ходов, а также повышением удельного веса магии и волшебства, - без обращения к философии, серьезной интеллектуальной литературе, религиоведению, и самое главное - без осмысления и творческого развития знаний, привносимых оными[1].

            Но дело обстоит как раз наоборот. Например, Джона Толкиена можно назвать фэнтэзи-автором, но отнюдь не представителем «ювенил-волны», поскольку в его небольшом сериале (особенно если сравнивать его по объему с перумовскими сериалами) переплавлены в одно оригинальное и таинственное целое сотни легенд и историй британского эпоса и мифологии, и все это более чем серьезно и предназначено отнюдь не для юношеского возраста. Главный стратегический просчет Н.Перумова как раз и состоит в том, что он низвел себя с подающего надежды и, бесспорно, талантливого автора до обычного литературного ремесленника, создающего бесконечное развлекательное «чтиво» для подростков. Разумеется, будучи и автором такого «чтива», можно иногда написать и хорошую вещь, создать хороший интересный, оригинальный, непохожий на других фэнтэзи-сериал. Вопрос в том, хватит ли на это у Николая Перумова времени при такой загруженности его ремесленническим трудом? Пока на этот вопрос можно дать лишь отрицательный ответ.

            Среди российских фантастов, которым отчасти удалось избежать соблазна обоих «волн» и сохранить в той или степени свое творческое лицо в бурном океане современной фантастической прозы, следует отметить С.Лукьяненко, Т.Толстую, М.Успенского.

Бесспорно, Сергей Лукьяненко представляет собой один из самых интересных феноменов в постсоветской российской фантастике, которого общественного мнение, - отчасти поспешно, - уже возвело в ранг «ведущего российского фантаста начала XXI века». Парадокс, правда, заключается в том, что рекламируются и экранизируются далеко не самые лучшие его произведения («Ночной дозор», «Дневной дозор»); наоборот, именно лучшие произведения Лукьяненко («Лабиринт отражений», «Рыцари сорока островов») остаются почему-то за пределами внимания режиссеров и книгоиздателей. Следует также отметить, что жанры, которые он выбирает (киберфантастика, городское фэнтэзи) вполне успешны и в коммерческом отношении, - т.е. они идут нога в ногу с модой в фантастике, и потому вызывают массовый спрос на произведения писателя. Феномен Лукьяненко состоит в том, что, оставаясь одним из лидеров постсоветской фантастики, он одновременно не попал в плен обоих вышеобозначенных волн, и потому его можно считать стоящим им в оппозиции, т.е. по ту сторону.  

Роман Татьяны Толстой «Кысь» - одно из самых значительных явлений российской фантастики последнего рубежа веков. Сам автор пришла в фантастику из, так сказать, большой русской литературы и своим первым опытом продемонстрировала завидные способности к созданию фантастической прозы. В «Кыси» ей удалось скомбинировать между собой несколько жанров фантастического произведения: фантастику сатирическую, фантастику психологическую, фантастику политическую и фантастику философскую. Несмотря на свой небольшой объем, роман чрезвычайно насыщен образами и символами, а литературный язык Т.Толстой должен, вероятно, стать на многие годы объектом зависти у других российских фантастов. К недостаткам «Кыси» мы бы отнесли некоторую «непрозрачность» и «недоговоренность» сюжетной линии, и стремление автора чересчур «заполитизировать» и «залингвизировать» свой роман.

            Михаил Успенский - по нашему видению, ныне, пожалуй, самый интересный российский автор в области сатирической и юмористической фантастики. Его повести («Дорогой товарищ король», «Устав соколиной охоты» и др.) отличает искрометность юмора и фантазии, хорошая работа со стилем произведения и языком литературных героев. В перспективе, если ему удастся повысить глубину и аналитичность своих работ, он вполне способен стать одним из ведущих российских фантастов.

            Именно эти, вышеперечисленные, авторы (а, возможно, и некоторые другие, не столь пока известные), на наш взгляд, в максимальной степени попадают под определение «иных» (или «чужих») в российской фантастике. Вслед за ними мы хотим заявить и сформулировать нечто вроде кредо этого литературного направления как своеобразной оппозиции в отношении двух господствующих волн («люмпен» и «ювенил») в современной российской фантастической прозе.

            Право быть иным - это значит писать фантастику вопреки жанровым критериям, указанным выше и вопреки моде на нее, устанавливаемой современным российским потребителем, запросы которого во многом отражают российские издатели и авторы. Это значит писать фантастику по собственным канонам, самостоятельно определяя как жанр своего произведения, так и его форму. Это значит смело браться за ныне непопулярные жанры фантастики, - такие, как философская фантастика, сатирическая фантастика, психологическая фантастика, научная социальная фантастика (включая ныне совсем позабытую утопию) и т.п. Это, - опять же! - значит писать фантастику вне пределов двух основных волн современной российской фантастики - «люмпен-волны»  и «ювенил-волны», не поддаваясь соблазну фантастических гонораров ведущих авторов этих двух волн.

Быть иным в отношении современной российской фантастики, - значит, оценивать фантастику не как развлекательное чтиво, а как реалистическое или романтическое искусство, с помощью которого можно позитивно воздействовать на умы современников. Именно в таком направлении работали лучшие представители советской фантастики (Иван Ефремов, Аркадий и Борис Стругацкие, Вадим Шефнер, Георгий Гуревич), но, однако, именно такое понимание фантастики как жанра, к сожалению, остается совершенно невостребованным в постсоветские времена. И нам очень хочется, чтобы «иных» писателей-фантастов стало больше, а две господствующие волны в российской фантастике - «люмпен-волна» и «ювенил-волна» как можно скорее схлынули, оставляя пространство для новых ярких имен и талантов.
Орехов А. М.


[1] У Юрия Трифонова в его писательских заметках выделены три основные стадии развития творческой личности писателя: на первой стадии писатель предполагает, что главное в произведении - это находить сюжет, на второй стадии он думает, что главное - это находить слова, и лишь на третьей он доходит до самой значимой для себя рефлексии: главное в литературном произведении - это находить мысли. Разница между Перумовым и Толкиеном как раз и заключается в том, что Толкиен достиг третьей стадии, а Перумов пока находится на первой. Вот почему, когда издательство «ЭКСМО» объявляет, что «фэнтэзи Перумова сочетает в себе все традиционные достоинства жанра, обогащенные безграничными (!!!) возможностями (!!!) русского (!!!) литературного (!!!) языка», и что, в «его книгах волшебство кажется еще изощреннее, мечи - острее, а герои - неутомимее», то начинаешь понимать, что, вопреки всем канонам жанра, главное в фэнтэзи - все-таки не удельный вес волшебства и магии вкупе с их «изощренностью», а оригинальность литературного мышления, - пока, увы! полностью отсутствующее у Н.Перумова.

Категория: Проза | Добавил: Ясон (27.02.2009)
Просмотров: 1312 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 1
1  
Очень интересный взгляд, заставляет задуматься, как любителя хорошей фантастики. Но мне интересно, читали ли вы С. Логинова,я имею ввиду его произведение "Свет в окошке" и если читали, то куда вы его относите?

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]